Айша апа, мама Туменбая Колдошова: «Я не думала, что мой сын станет композитором»

Мы часто слышим, что продолжателем композиторской школы Рыспая Абдыкадырова является Туменбай Колдошов, и с большим интересом слушаем созданные им мелодии. Мы побеседовали с Айшой апа – многодетной матерью, которая подарила жизнь обладателю врожденного таланта и дала ему достойное воспитание.

– Айша апа, Туменбай с детства любил петь и напевать мелодии?

– С самого детства мой сын постоянно что-то напевал. Начиная с 5-го класса он увлекся аккордеоном. Даже если музыка не совсем совпадала с песней, он все равно продолжал играть, а позже стал петь совсем как Рыспай. Я думала, что он какое-то время попоет, а потом перестанет, поэтому не ожидала, что мой сын станет композитором и певцом. А вот что касается танцев – даже когда все его одноклассники танцевали, мой сын не танцевал, а стоял в стороне и наблюдал.

– Кто в вашей семье был близок к музыке?

– Его тетя играла на аккордеоне, пела и преподавала музыку в школе. Я видела, как он присоединялся к ней и пел вместе с ней. Его отец тоже хорошо поет, но он больше тяготеет не к музыке, а к литературе, очень много читал. Несмотря на то, что всю жизнь работал водителем в колхозе, если видел книгу, всегда покупал ее со словами, что она пригодится детям, и приносил домой. Наверное, это тоже повлияло на наших детей – они выросли стремящимися к знаниям, науке и образованию.

– Как Туменбай учился в школе?

– Мой сын хорошо учился в школе и был примером для других детей. Более того, начиная с 9–10 классов он начал писать стихи и небольшие рассказы. Директор школы заметил его способности и в год, когда Туменбай оканчивал 11-й класс, пришел к нам домой и сказал: «Старшего сына ты не выучила. Теперь хотя бы Туменбаю дай образование. Если ты его не выучишь, я сам его выучу».

Я всегда боялась отпускать детей далеко от себя, мне казалось, что с ними обязательно что-нибудь случится. Поэтому, хотя при учителе я сказала «хорошо», потом не придала этим словам большого значения.

Когда учебный год подходил к концу, мой Туменбай начал готовиться ехать в Бишкек и говорил: «Буду учиться на журналиста». Я увидела, что он настроен очень серьезно и от своего решения не отступит, и сказала ему: «Тогда стань учителем».

Он спорил с нами, но однажды утром вышел из дома. Деньги мы всегда прятали в одном месте, и сын тоже знал об этом. Когда Туменбай долго не возвращался, мы посмотрели – денег на месте не оказалось. Наверное, он решил тайком взять их и уехать учиться в Бишкек. Но, возможно, потом подумал: «Все-таки послушаю родителей» – и с полпути вернулся обратно. Видимо, решил, что мы ничего не заметили, и тихонько положил деньги обратно на место.

Так он послушал нас и поступил в учебное заведение в Оше на педагогическую специальность. Мы не бегали за него, не собирали документы, как делают некоторые родители. Он сам пошел, подал документы и поступил.

– Который по счету Туменбай среди ваших детей?

– У меня семеро детей. Старшие – три дочери подряд, затем четыре сына. Туменбай – второй из сыновей. Все мои дети создали семьи. У всех есть свои дети, так что вместе мы уже как целый большой город.

– Каким качеством он отличается от своих братьев и сестер?

– По сравнению с другими моими детьми Туменбай всегда больше общался с людьми и с детства держался как взрослый. Когда к нам домой приходили гости и Туменбай садился рядом с ними, я выгоняла его на улицу. Потом он понял, что я буду его выгонять, и начал садиться прямо среди гостей. Он слушал их разговоры, спрашивал о том, чего не знал, и беседовал с ними как взрослый человек.

Оказывается, уже тогда мой сын, любивший слово, все замечал и старался обо всем узнавать. Кроме того, он рос очень смышленым и расторопным ребенком. Он был очень ответственным – выполнял поручения вовремя, а если не мог что-то сделать, честно говорил, что у него не получается.

– Наверняка были случаи, когда он шалил и получал наказание?

– Вообще мои дети не были очень уж озорными. Бывали случаи, когда Туменбай уходил утром, а вечером приводил домой своих братьев и сестер, которые находились у соседей.

Но ни я, ни его отец его за это не били. Я вообще никогда не била своих детей и не кричала на них. Просто спокойно садилась и объясняла словами. Моим детям было достаточно того, что я говорила им спокойно.

– Кто дал вашему сыну имя Туменбай?

– Его отец хотел, чтобы сын тоже стал творческим человеком, поэтому в знак доброго пожелания назвал его в честь поэта и переводчика Туменбая Байзакова. Бог исполнил желание его отца – мой сын стал поэтом, композитором и исполнителем.

– Из всех ваших детей только Туменбай поет или другие тоже?

– Все мои дети поют. Особенно старший брат Туменбая иногда шутит: «Я пою лучше тебя. Просто я всего себя посвятил работе и поэтому не смог заниматься пением».

Когда все дети собираются вместе, они поют практически все мелодии, которые сочинил Туменбай, так что весь дом наполняется их голосами.

Но даже если бы они и не пели, мы с их отцом благодарим Бога уже за то, что наши дети здоровы, живы и находятся рядом с нами. Наверное, большего счастья в жизни и не бывает.

– Вы вмешивались в выбор супруги вашего сына?

– Вообще я не люблю вмешиваться в жизнь своих детей и постоянно указывать им, как поступать. Если ребенок уже достаточно взрослый, чтобы создавать семью, значит, он должен сам думать и жить своим умом.

Я хочу только разделять их радость, радоваться их хорошим событиям и со стороны наблюдать за жизнью своих детей. Если замечаю, что они делают что-то неправильно, тогда спокойно объясняю словами.

В выбор супруги сына я не вмешивалась. Я ни разу не показывала свое положение свекрови по отношению к невесткам, которые полюбили моих сыновей и решили связать с ними свою жизнь.

Если мой сын счастлив, то счастлива и я. Жена моего Туменбая тоже заботливая хозяйка, человечная, а самое главное – умная женщина, которая понимает своего мужа и во всем его поддерживает.

Если хотите, могу еще сделать более литературный, журнальный перевод – чтобы звучал естественнее для публикации, но без изменения смысла.

30.10.2026 09:11:30