Как памирские кыргызы выбрали Турцию вместо Аляски – рассказ внука Рахманкул хана

Авторская рубрика заслуженного деятеля культуры Кыргызской Республики, вице-президента Иссык-Кульского форума имени Чингиза Айтматова, вице-президента Международного содружества народной дипломатии Ассоль Молдокматовой «Лидеры мира»

История народа складывается не только из архивных документов и государственных решений. Она живёт в памяти семей, в рассказах дедов и бабушек, в именах, которые передаются из поколения в поколение.

Во время поездки в Улуу-Памир мне посчастливилось встретиться с Аднаном Мендересом – внуком легендарного Хаджи Рахманкул хана, человека, сумевшего сохранить единство памирских кыргызов в один из самых драматичных периодов их истории.

Передо мной человек, в котором продолжает жить история Рахманкул хана. Первый внук Рахманкул хана, старший сын Абдулвахид хана – второго сына великого лидера памирских кыргызов. Его личная судьба неотделима от судьбы народа.

Он родился в 1963 году на афганском Памире. Его первым учителем был собственный дед – Хаджи Рахманкул хан, у которого он изучал Священный Коран. Вместе с духовными знаниями он получил и любовь к письменному наследию, читая книги на чагатайском языке. Так формировалось поколение, для которого память была не абстрактным словом, а образом жизни.

Затем были годы испытаний. Переезд в пакистанский Гилгит, первые уроки в государственной школе, новая страна, новые условия. Позже – Турция, учёба в школе-интернате в Ване, армейская служба, работа, долгие годы честного труда. В Стамбуле он создал своё дело, воспитал четверых детей и заслужил уважение окружающих.

Но самое главное богатство этой семьи – не профессии и не годы, прожитые в разных странах. Их богатство – сохранённая идентичность. Несмотря на десятилетия вдали от исторической Родины, в семье продолжают жить кыргызский язык, память о предках, уважение к своим истокам и чувство ответственности перед будущими поколениями.

Такие люди напоминают простую истину: историю создают не только правители и полководцы. Её ежедневно сохраняют семьи, которые передают детям не только фамилию, но и достоинство, память и духовные ценности.

Именно поэтому имя Рахманкул хана продолжает жить не только на страницах книг. Оно живёт в его потомках, которые своим жизненным путём доказывают: можно сменить страны, пройти через испытания, освоить новые языки и профессии, но невозможно потерять свои корни, если они по-настоящему живут в сердце.

– История памирских кыргызов – это долгий и непростой путь через Афганистан, Пакистан и Турцию. Какой период этого великого переселения, по воспоминаниям Вашей семьи, был самым трагичным и незабываемым?

– Одной из самых тяжёлых страниц в истории нашей семьи стало расставание с Родиной – землёй, где родились и выросли наши предки. Подобную боль пережили все памирские кыргызы.

Можно заново построить дом, начать жизнь в новой стране, привыкнуть к другим условиям, но невозможно забыть место, где покоятся предки, где прошли детство и юность нескольких поколений. Родину невозможно вычеркнуть из памяти.

Для нашего народа великое переселение было не просто сменой места жительства. Это была борьба за сохранение жизни, веры, языка и национальной идентичности. Нам пришлось оставить родные земли, но мы сделали всё, чтобы не потерять самих себя как народ.

– Что рассказывали Вам старшие о Рахманкул хане? Каким его помнили не только как лидера, но и как отца, наставника и человека?

– В нашей семье Рахманкул хана всегда вспоминали не только как руководителя народа. Для нас он был прежде всего учителем, наставником, мудрым отцом и духовным проводником.

Он обладал необыкновенно широким кругозором, много читал, постоянно стремился к знаниям и свободно владел несколькими языками. Его интересовали история, культура, политика, религия – всё, что могло помочь лучше понимать мир и принимать правильные решения для своего народа.

Но главным смыслом его жизни была судьба памирских кыргызов. Он мечтал найти для них такое место, где они смогли бы жить спокойно и безопасно, сохранить свой язык, традиции, веру и национальную идентичность. Все его решения были продиктованы не личными интересами, а ответственностью за будущее народа.

Есть слова, которые особенно часто вспоминают в нашей семье. Рахманкул хан верил, что однажды великий тюркский мир вновь обретёт единство. Тогда эти слова казались мечтой, но сегодня, когда связи между тюркскими государствами становятся всё крепче, они звучат как удивительно дальновидное предвидение человека, мыслившего на десятилетия вперёд.

– Как было принято решение покинуть Афганский Памир? Что означало для Ваших предков оставить землю, на которой они родились и выросли?

– Это было одно из самых тяжёлых решений в истории нашей семьи и всего народа.

Как известно, в 1978 году в Афганистане произошёл государственный переворот. Пока король Захир Шах находился в Италии на лечении, его родственник Мохаммед Дауд Хан захватил власть. После этого страна погрузилась в полосу политической нестабильности, внутренних конфликтов и вооружённого противостояния. Позже, под предлогом восстановления порядка, в Афганистан были введены советские войска.

Мой дед, Хаджи Рахманкул хан, прекрасно понимал, что как лидер памирских кыргызов он неизбежно окажется под давлением новой власти. Он осознавал, что опасность грозит не только ему самому, но и всему народу, за судьбу которого он чувствовал огромную ответственность. Именно поэтому было принято решение покинуть Афганистан. Это был не выбор между Родиной и другой страной. Это был выбор между сохранением народа и угрозой его будущему.

Оставить землю, где жили предки, было невероятно больно. Но дед верил, что однажды история оценит этот шаг. Сегодня мы понимаем: благодаря его мужеству и дальновидности памирским кыргызам удалось сохранить свою самобытность, язык, традиции и чувство национального единства.

– Если бы переселение в Турцию не состоялось, как Вы считаете, смогли бы памирские кыргызы сохранить свою национальную идентичность и культуру так же, как им удалось сделать это сегодня?

– Думаю, на этот вопрос невозможно ответить однозначно. Если бы мы остались в Афганистане, то, вероятно, смогли бы сохранить часть нашей культуры, традиций и образа жизни. Если бы переселились в другую страну, например на Аляску, возможно, нам удалось бы сохранить их ещё лучше, а возможно, наоборот, со временем мы бы многое утратили. История не знает сослагательного наклонения.

В Турции нам удалось сохранить значительную часть нашего культурного наследия, хотя, конечно, не всё. Мы продолжаем бережно относиться к своим обычаям, семейным традициям и памяти предков. Вместе с тем жизнь в новой стране неизбежно влияет на каждое поколение.

Особенно это заметно в языке. Турецкий и кыргызский языки относятся к одной тюркской языковой семье, поэтому они очень близки друг к другу. С одной стороны, это помогает нам легче сохранять родную речь, а с другой – языки постепенно смешиваются, и некоторые слова или выражения уходят из повседневного употребления. Поэтому сохранение языка и культуры требует постоянных усилий и ответственности каждого поколения.

– Что лично для Вас означает понятие «историческая Родина»? Это прежде всего земля предков, народ, язык или общая историческая память?

– Для нас понятие Родины имеет особый, очень глубокий смысл. Оно гораздо шире, чем просто территория или государственные границы. Родина – это память предков, история народа, язык, культура и чувство принадлежности к своему народу.

Мы всегда считали Кыргызстан своей исторической Родиной, хотя на протяжении многих десятилетий жили вдали от неё и не имели собственного государства. Судьба нашего народа была связана с постоянными переселениями. Сначала мы считали своим домом Афганский Памир – древнюю землю, где на протяжении многих поколений жили кыргызы. Затем была попытка обосноваться на китайском Памире, но она оказалась недолгой. После этого мы вновь вернулись в Афганистан, прожили там около тридцати лет, а затем исторические обстоятельства заставили нас переселиться сначала в Пакистан, а потом в Турцию.

Сегодня Турция стала нашей Родиной. Здесь выросли наши дети и внуки, здесь сформировалось новое поколение памирских кыргызов, для которых именно Турция является родным домом.

Но для людей старшего поколения, тех, кому сегодня пятьдесят, шестьдесят и больше лет, Памир остаётся особенным местом. Это земля, где прошла молодость наших родителей и дедов, где жили наши предки. Поэтому, даже обретя новую Родину, мы продолжаем хранить Памир в своём сердце как часть нашей исторической памяти и нашей судьбы.

– Историки считают, что предки памирских кыргызов прошли долгий путь – от Алтая через Алайскую долину к Памиру. Какие семейные предания об этом многовековом переселении сохранились в Вашем роду?

– Насколько нам известно из исторических источников и семейных преданий, наши предки переселились с Алтая на территорию современного Кыргызстана по разным причинам – политическим, экономическим и связанным с изменениями условий жизни того времени.

В нашей семье сохранилась память о моём предке в пятом поколении – Касымбеке. Сначала он прибыл в Ош, затем переселился в Алайскую долину. Он занимался скотоводством, перегонял стада на высокогорные пастбища и был руководителем караванов, которые проходили по древним торговым путям.

Именно через такие семейные рассказы мы узнаём историю своего рода. Они помогают нам понять, каким был путь наших предков, какие испытания им пришлось преодолеть и как постепенно складывалась история памирских кыргызов.

– Ведётся ли в Вашей семье шежире – родословная? До какого поколения Вы знаете своих предков и удаётся ли проследить путь их переселений?

– Письменной родословной в нашей семье нет, однако память о предках бережно передаётся устно – от старших к младшим. Благодаря этой традиции мы знаем историю своего рода до седьмого поколения, а лично я могу назвать своих предков до восьмого поколения.

Среди моих предков было немало известных и уважаемых людей. Многие из них были караванбаши, командовали тысячами воинов, возглавляли народ, принимали важные решения и помогали людям в самые трудные времена. Именно поэтому память о них сохраняется в нашей семье и сегодня.

По семейным преданиям, ещё до переселения моего предка Касымбека наши предки жили на территории современного Китая – в Кызыл-Суу, в местности Тагарма. Они вели кочевой образ жизни, перегоняли скот на высокогорные пастбища Мин-Теке. Моя покойная тётя рассказывала, что летние джайлоо нашей семьи назывались Акташ, Там-Оток и Ени-Сай. Эти названия сохранились в нашей семейной памяти как живая связь с землёй, где жили многие поколения наших предков.

Именно такие устные рассказы позволяют нам не потерять историю своего рода и сохранить связь с прошлым, даже спустя многие десятилетия и после нескольких больших переселений.

– Почему, на Ваш взгляд, молодым кыргызам, где бы они ни жили, важно знать не только историю переселений XX века, но и гораздо более древнюю историю своего народа?

– История имеет огромное значение не только для кыргызского народа, но и для всего человечества. Народ, который знает своё прошлое, лучше понимает настоящее и увереннее строит своё будущее.

Поэтому я считаю особенно важным, чтобы молодые кыргызы изучали не только события XX века и историю переселений, но и гораздо более древние страницы истории своего народа. Необходимо знать свои корни, помнить путь, который прошли предки, бережно сохранять это наследие и передавать его следующим поколениям.

История – это не просто память о прошлом. Это основа национального самосознания, культуры и духовной силы народа. Если молодёжь будет знать свою историю, уважать её и гордиться ею, то кыргызский народ сохранит свою самобытность в любой точке мира.

Я глубоко убеждён, что кыргызский народ будет существовать столько, сколько существует этот мир.

Да здравствуют Кыргызстан и кыргызский народ!

– Переселение памирских кыргызов из Пакистана в Турцию сегодня уже стало частью истории. Как принималось это судьбоносное решение и почему в итоге была выбрана именно Турция?

– Наш переезд из Пакистана в Турцию сопровождался событиями, которые и сегодня кажутся удивительными.

Первоначально предполагалось, что памирские кыргызы будут переселены на Аляску. Для обсуждения этого вопроса мой дед, Хаджи Рахманкул хан, вместе со старейшинами отправился в Исламабад, чтобы поблагодарить президента Пакистана генерала Мухаммада Зия-уль-Хака за то, что в течение четырёх лет Пакистан предоставлял убежище и поддерживал кыргызских беженцев.

Во время этой поездки дед остановился в гостинице, где в те же дни находился президент Турции генерал Кенан Эврен. Во время их встречи Кенан Эврен неожиданно спросил:

– Хаджи, ты хорошо говоришь по-турецки. Почему бы вам не переехать в Турцию?

Дед ответил, что ещё во времена премьер-министра Аднана Мендереса обращался с просьбой принять памирских кыргызов. Тогда он встречался с депутатом из Эрзурума и подготовил соответствующее прошение. Аднан Мендерес был готов поддержать эту инициативу, однако военный переворот перечеркнул эти планы. В память о нём дед позже назвал своего внука Аднаном. Этим внуком являюсь я.

Выслушав его, Кенан Эврен сказал:

– Если вы хотите приехать в Турцию, я готов дать своё согласие прямо сейчас.

Но даже после этого дед не стал принимать решение единолично. Он отправил одного из старейшин в лагерь кыргызов в Гилгите, чтобы узнать мнение народа.

Ответ был единодушным: «На Аляске мы, возможно, будем жить богаче, но можем потерять свою тюркскую идентичность, кыргызский язык, культуру и религию. Со временем наши потомки могут полностью раствориться среди другого населения. Лучше отправиться в Турцию. А если ты считаешь правильным другой путь – мы доверяем твоему решению».

Именно тогда было принято окончательное решение переселиться в Турцию.

Вскоре посол Турции в Пакистане Джавит Таракчы приехал к деду и сообщил, что Турция готова принять не только кыргызов. По просьбе Хаджи Рахманкул хана были приглашены представители узбеков, казахов, туркмен и уйгуров. Все они были включены в списки переселенцев, а сотрудники турецкого посольства в течение нескольких дней оформляли необходимые документы.

После завершения подготовки Кенан Эврен уведомил парламент Турции, а американской стороне сообщили, что памирские кыргызы приняли решение отказаться от переселения на Аляску и выбрать Турцию.

Американцы ответили с уважением: «Мы уже подготовили для вас билеты на Аляску. Но раз вы решили ехать в Турцию, пусть эти билеты станут нашим подарком – мы доставим вас самолётами в Турцию».

Так и произошло.

Мы прибыли в Турцию с очень сильными чувствами. В аэропорту Аданы нас встречал губернатор провинции. После одной ночи в Адане нас направили в Ван. Часть семей временно разместили в Малатье, поскольку в Ване ещё не было готового жилья для всех переселенцев.

Всего в Турцию приехали 725 памирских кыргызов. Сегодня наша община насчитывает уже более четырёх тысяч трёхсот семей.

Я всегда говорю, что всё это стало возможным благодаря мудрости, настойчивости и дальновидности Хаджи Рахманкул хана. Я хорошо помню те события, потому что находился рядом с дедом и, немного владея турецким языком, часто сопровождал его во время встреч и переговоров.

Другие тюркские народы также обрели новый дом: узбеков расселили в Хатае, туркмен – в Токате, казахов – в Кайсери, а памирских кыргызов – в провинции Ван. Именно там началась новая глава истории нашего народа.

– Аднан бей, благодарю Вас за искренний разговор и за воспоминания, которыми Вы поделились. Это бесценное свидетельство истории памирских кыргызов.

– И я благодарю Вас, Ассоль, за Ваш вклад и большой труд. Очень важно, чтобы история нашего народа была услышана, сохранена и передана следующим поколениям.

06.08.2026 13:06:01