Жамин Акималиев, академик: «Народное признание, мой след в науке и то, что я не оставляю искусство и продолжаю петь – для меня настоящее счастье»

Судьба человека порой поворачивает в сторону, о которой он сам никогда не мечтал. Но если на этом повороте его сопровождают честь, труд и терпение, сама судьба выводит к вершинам. Жизненный путь академика Жамина Акималиева именно таков. Сельский мальчик, заслушивавшийся комузом и мечтавший стать певцом, со временем стал академиком кыргызской науки, государственным деятелем и уважаемым в народе человеком.

– Жамин агай, в детстве вас больше привлекало искусство, чем наука…

– Действительно, в юности я даже не думал о том, чтобы стать ученым. Мечтал стать певцом и композитором, чтобы передавать людям драгоценные кыргызские песни. Особенно это случилось в 12 лет, когда в наш аул приехал Муса Баетов. Услышав, как он играет «Ак Зыйнат», «Даанышман», «Ойгоном?» и «Окудуң борбор шаарынан» до рассвета, мое сердце дрожало, и я пообещал себе стать певцом, как Мусакем.

– Жамин агай, в детстве вас больше влекло искусство, а не наука…

– Действительно, в юности мысль стать учёным мне даже в голову не приходила. Я мечтал быть певцом, композитором, доносить до людей дорогие сердцу кыргызские песни. Особенно в 12 лет, когда в наше село приехал Муса Баетов и до рассвета пел под комуз «Ак Зыйнат», «Даанышман», «Ойгоном?», «Окудуң борбор шаарынан», моё сердце дрожало — я дал себе слово, что обязательно стану таким же певцом, как Муса-аке.

– Но вы выбрали другую профессию…

– Да, после окончания 10 класса моему желанию стать певцом воспротивился отец. «Сынок, певцом или торговцем ты не станешь», — сказал он твёрдо. Слово отца для нас было законом. Как бы ни бушевало внутри, возразить я не посмел. Так моя мечта пошла по другому руслу.

– Можно ли сказать, что поступление в сельскохозяйственный институт стало судьбоносным решением?

– Безусловно. Я поехал туда, услышав, что абитуриентов мало. Думал стать зоотехником или ветеринаром. Но один преподаватель по фамилии Горин сказал: «Стань агрономом». Эти несколько слов изменили мою судьбу. Я стал агрономом, специалистом по сахарной свёкле. Позже защитил кандидатскую, стал профессором, академиком.

– Как прошли ваши студенческие годы?

– За пять лет я окончил два института – сельскохозяйственный и факультет русского языка. С третьего курса учился на «четвёрки» и «пятёрки», получал повышенную стипендию. Возможно, потому что в 15 лет стал студентом, ростом я был значительно ниже сверстников. Русские ребята дразнили меня «пацаном», и, задетый за живое, я занялся гимнастикой. За год подрос и стал крепким, ладным парнем.

– У вас были особые отношения с Чингизом Айтматовым. Как вы познакомились?

– На первом сентябрьском собрании в институте выступил красиво одетый, уверенный в себе юноша, свободно говоривший по-русски. Я спросил: «Кто это?» Мне ответили: «Сталинский стипендиат Чингиз Айтматов». Два года мы учились в одном вузе. Ближе познакомились в Москве. После этого более полувека поддерживали доверительные, дружеские отношения. Он писал обо мне статьи, я всегда поддерживал его творчество. В жизни мы были близкими людьми, умевшими хранить тайны друг друга.

– Работа с Турдакуном Усубалиевым, вероятно, стала особой страницей вашей судьбы…

– Да. Он был моим наставником, как второй отец. Мы познакомились на семинаре, когда мне было 26 лет. Увидев наши эксперименты с получением двух урожаев в год, он поверил в меня. Он оказал огромное влияние на моё воспитание и карьеру. В течение 24 лет я работал под его руководством и прошёл большую государственную школу.

– Оглядываясь назад, считаете ли вы себя счастливым человеком?

– Безусловно. Народное признание, мой след в науке и то, что я, перешагнув девяностолетний рубеж, не оставляю искусство — продолжаю играть на комузе и петь, — всё это для меня большое счастье.

– Что именно принесло вам широкую известность?

– В 24–25 лет я стал популярным на радио и телевидении с песней «Жалжалым». По просьбам слушателей мои песни часто звучали в эфире.

10.02.2026 13:33:16