Игорь Першуков: От московского кардиоцентра к руководству кафедрой в Жалал-Абадском университете
Профессор кардиологии, доктор медицинских наук Игорь Першуков — врач с более чем тридцатилетним опытом, прошедший путь от ординатора в московском кардиоцентре до преподавателя сразу нескольких медицинских вузов. Сегодня он руководит кафедрой госпитальной терапии Медицинского института Жалал-Абадского государственного университета, продолжая совмещать научную работу, преподавание и клиническую практику. В первой части интервью он рассказал о своем профессиональном пути, наставниках и о том, как пришел в кардиологию.
- Уж, очень заманчива интрига и хочется познакомиться с Вами поближе. Расскажите о себе и своём профессиональном пути.
– Я, Першуков Игорь Викторович, мне 55 лет, в настоящее время заведую кафедрой госпитальной терапии Медицинского института Жалал-Абадского государственного университета в Манасе, также дистанционно преподаю как профессор на Международном медицинском факультете Ошского государственного университета и как профессор кафедры общей врачебной подготовки в Казахстанско-Российском медицинском университете в Алматы.
Я защитил кандидатскую диссертацию по кардиологии и лучевой диагностике в 1999 году в Москве в НМИЦ кардиологии имени академика Е.И.Чазова (тогда он назывался иначе). Докторскую диссертацию защитил также по двум специальностям – по кардиологии и лучевой диагностике в 2004 году в Медицинском центре Управления делами Президента РФ в Москве.
В 2005 году я первым из российских специалистов (если не ошибаюсь и первым в СНГ) вступил как почетный член в Американское общество сердечно-сосудистой ангиографии и интервенций, это в оригинале на английском звучит как «парень» этого общества – Fellow of the SCAI (FSCAI).
В 2012 году я вступил в Американский колледж кардиологов также как почетный член – Fellow of the ACC (FACC). Это общество – самое престижное в мире практическое профессиональное объединение кардиологов, которое насчитывает более 40 000 членов, среди которых около 25% - международные участники, как и я, со всего мира – от Гренландии до Австралии и Новой Зеландии.
В 1994 году я с отличием закончил лечебный факультет Кубанского государственного медицинского института имени Красной Армии (в 1920 году РККА освободила Краснодар и основала мединститут) и поступил в целевую ординатуру по кардиологии в НМИЦ кардиологии имени академика Е.И.Чазова. Тогда он назывался РКНПК МЗ РФ, а клинический институт внутри него – НИИ кардиологии имени академика А.Л.Мясникова. Начал я знакомство с кардиологией с отделения аритмий, в котором проработал первый год. Мне очень повезло – моим куратором/наставником была научный сотрудник Ирина Владимировна Савельева, которая вскоре после этого уехала на стажировку в Европу и сейчас работает в Лондоне у профессора Кэмма, который в свою очередь является лейб-медиком королевской семьи. Очень многие навыки по кардиологии и функциональной диагностике (ЭКГ, Холтер, тредмил и прочие) – я получил от нее, и быстро стал выполнять самостоятельно работу, какую поручали штатным сотрудникам НИИ. А со второго года ординатуры я оказался в ангиографии, моим наставником (а потом и руководителем кандидатской диссертации) стал д.м.н. ведущий научный сотрудник отдела – Анатолий Николаевич Самко. Его за глаза коллеги называли: «лучший ангиографист Советского Союза», он часто выезжал на ангиографию в Центральную клиническую больницу УД Президента РФ, а позже, в 1996 году – делал ангиографию первому Президенту РФ – Б.Н.Ельцину перед его операцией АКШ-МКШ. Все это проходило на моих глазах, мне было очень интересно учиться у таких классных специалистов.
В 1996 году после окончания ординатуры я поступил в этом же центре в очную аспирантуру по кардиологии, моим научными руководителями стали – профессор А.Н.Самко и профессор Ю.А.Карпов. В 1999 году я успешно защитил без единого «черного шара», как говорят, кандидатскую диссертацию. Она была посвящена вопросам функциональных проб у больных, которым выполняется коронарная ангиография. Надо сказать, что через 25 лет к этой теме вернулись в мировой кардиологии, и из-за океана, из Америки стали повторять те работы, которые были сделаны в России в 90-х годах (я был в этой теме не единственный исследователь).
Время тогда было далеко не простое, и по окончании аспирантуры в 2000 году я приехал в Воронеж, где меня ждала моя семья, и стал работать в областной больнице в такой же ангиографии. Всего в этой больнице я проработал 20 лет, не бросая работы врачом, не беря отпусков для написания докторской диссертации, я ее защитил в 2004 году в Москве. Потом с 2010 года занимался амбулаторной кардиологией, это была шикарная возможность расширить свои горизонты практики, за 10 лет приема через меня прошли более 24000 пациентов. Эта практика поликлинического кардиолога, встречающего разных коморбидных (с разными заболеваниями, не только сердца и сосудов) больных, позволила мне накопить бесценный опыт и найти оригинальные методики лечения многих проблем. Во-первых, я всегда много читал, и привычку читать все в оригинале, то есть на английском – мне прививали еще в институте, спасибо профессору Ярославе Григорьевне Тимошенко, она – фармаколог и математик (имея 2 высших образования) с докторской по математическим методам в фармакологии – научила меня очень многим вещам, как анализировать биологические процессы и любую медицинскую информацию. Потом привычку читать все в первоисточнике закрепил Чазовский кардиоцентр, там никогда не признавали никаких вторичных ссылок, только самые свежие и оригинальные идеи могли обсуждаться в научной и врачебной среде. Во-вторых, в отличии от многих врачей я имел технический, математический склад ума, и закончив физико-математическую школу, выигрывая республиканские олимпиады по физике, я пошел в медицину. Это мне сначала мешало – зубрежка, это не мой конек. Но когда все стало складываться в систему, мне стало очень интересно, и весь институт я работал, ездил на конференции, писал сам программы для расчетов фарма/токсических эффектов. К нам с профессором Тимошенко приезжали для количественного анализа ученые из разных городов – онкологи, токсикологи, фармакологи, и мы с интересом работали с ними, делая очень важные для них анализы данных.
Потому в любой дальнейшей практике я всегда старался анализировать каждого пациента. К слову, это мне сильно помогло в 2020 году, когда в КОВИД стали появляться совершенно новые симптомы и у пациентов долго не проходили разные проблемы. Я достаточно быстро (уже к осени 2020-го) нашел многие ответы для КОВИДных и постКОВИДных состояний. И те, кто лечили свой КОВИД со мной с первого дня, выжили в 100%, да, некоторых пришлось госпитализировать на второй волне вируса (Дельта), но все вышли из него с большим здоровьем, чем окружающие.
В 2018 я попробовал себя в частной медицине, мой врачебный опыт исчислялся уже в сотнях лечебных операций в ангиографии и в десятках тысяч амбулаторных пациентов. Эта частная практика помогла мне узнать новые вещи, какие были не видны из государственной медицины. Я брался восстанавливать ритм, там, где до меня это пробовали без результата разные врачи и разные больницы. Я отправлял больных стентировать свои сосуды в Москву и в другие клиники, они возвращались и годами не имели рецидивов. А собственными руками поставленные стенты служили у пациентов и не забивались по 15 и более лет.
Еще с 2017 года волею судьбы я стал заниматься кардиоонкологией, когда онкобольным, чаще всего после химиотерапии, требовалась кардиоподдержка, чтобы токсические эффекты не заставляли прерывать онкологическое лечение. Сейчас я веду онкобольных в России и других странах, позволяя им удерживаться на своей терапии онкозаболевания без срывов и перерывов. Некоторые мои пациенты лечат свой рак уже 22 года (со мной они идут последние 3 года и поддерживают себя).
С 2020 по 2023 год я занимался только частной практикой, в государственной медицине тех лет было крайне сложно делать что-то хорошее, над всем довлел КОВИД. В 2023 году я вернулся в государственную ангиографию (не бросая частную практику) и проработал в ней 2,5 года, стентировал больных с инфарктом и нестабильной стенокардией, делал это до приезда в Киргизию (мне – советскому человеку приятно так называть Кыргызстан или Кыргызскую Республику).
Поскольку мне было всегда интересно докапываться до сути происходящих процессов, я анализировал свою работу и работу коллег, какую видел вокруг. Это подтолкнуло быстро сделать докторскую после кандидатской, и доктором наук я стал в 33 года. Потом стал совмещать врачебную практику с преподаванием, сначала 3 года в Воронеже в местной медакадемии, затем меня позвал приезжать и преподавать на циклах усовершенствования врачей мой шеф по докторской – главный кардиолог ЦКБ УД Президента РФ – профессор Борис Алексеевич Сидоренко. Он заведовал кафедрой кардиологии и терапии в ЦГМА при УД Президента РФ, и я стал его доцентом, а потом профессором на кафедре и ездил Воронеж-Москва для преподавания по 2017 год.
А с 2015 года я стал первым дистанционным профессором на медфакультете в Ошском госуниверситете. Позвал меня приехать его ректор – тогда профессор Каныбек Исаков.
С этого началось мое системное знакомство с Югом Киргизии. На Севере – в Бишкеке я бывал ранее с лекциями и докладами на конгрессах, куда меня приглашали коллеги-организаторы мероприятий.
- Отчего выбрали медицину и, в частности, кардиологию?
До 8 класса я мечтал быть радиоинженером и, как многие советские мальчишки, паял радиоприемники, цветомузыки, другие устройства. Но в семье была беда, сильно болела мама, она по службе попала в ДТП и после этого часто и долго болела. По этой причине мы переехали из Западной Сибири на Юг, на Кубань, где я закончил школу. И как-то к 8 классу меня стали интересовать медицинские темы. Но это было еще не совсем осознанно. Мое понимание, что я хочу пойти в медицину и заниматься врачебной практикой, закрепила выставка “Медтехника”, какую для всей страны провели в Краснодаре на базе готовящейся к открытию 2-й городской больницы. Эти современные (тогда) аппараты, каких я никогда раньше не видел, увиденные мной возможности сканирования внутри человека, тепловизионные аппараты, и другие «диковинки» убедили меня, что с моей склонностью к точным наукам и технике мне есть и будет что делать в медицине. Так я свернул в мед и пришел в него еще школьником, стал писать программы на языке Си для роддома все той же 2-й городской больницы Краснодара. Оттуда и моя первая запись в трудовой – санитар в роддоме ГБ №2 Краснодара. Человек, принявший меня в роддоме, стал моим первым шефом – наставником. Это был ассистент (потом профессор и зав кафедрой, проректор и ректор КубГМИ) Борис Григорьевич Ермошенко. Ему я был и буду всю жизнь благодарен за те уроки профессионализма и мудрого наставничества, которое было для меня от школы до конца мединститута. Он на госэкзамене по акушерству, зная как проректор по лечебной работе, что я иду в кардиологию в Москву, предлагал прийти к нему на кафедру акушерства и гинекологии, но я вежливо поблагодарил и не пошел, мы остались с ним друзьями на всю жизнь (хоть я не слышал ничего о нем последние годы).
Откуда же взялась кардиология? Я же занимался со 2-го курса фармакологией, токсикологией и моя шеф – профессор Я.Г.Тимошенко, где-то к моему 5 курсу спросила – чего я сам хочу? Мне было сверхинтересно работать с ней, но это была работа без клиники, без больных. Она же – очень щедрый человек, который не держал и не привязывал к себе учеников, направила меня к своему другу по институту – профессору Олегу Юрьевичу Атькову. Ее коллега по киевскому мединституту попал после него в Москву в Чазовский кардиоцентр, стал вторым в Советском Союзе специалистом по УЗИ сердца (первым стал будущий академик Юрий Никитич Беленков). К моменту, когда я поехал в Москву, О.Ю.Атьков успел слетать в космос с УЗИ аппаратом и делал первые в мире исследования УЗИ в условиях космоса и невесомости. Он стал моим «крестным» в кардиологии, так моим научным домом после мединститута стал Кардиоцентр в Москве. Надо честно сказать, что ради аспирантуры в Кардиоцентре я не стал защищать кандидатскую по токсикологии, какая была к концу института у меня готова и были наши с профессором Тимошенко статьи и работы, мне надо было только апробироваться и защититься. Но тогда бы я не смог получить к.м.н. по кардиологии, и я это «похоронил» ради клиники.
Дорога от института до к.м.н. заняла у меня потом 5,5 очень интересных лет.
В ангиографию а кардиоцентре я тоже сначала попал совсем случайно. Мой сосед по общежитию РАМН был ординатор нейрохирург, и он успел попасть на стажировку в США. Оттуда у него появились друзья и знакомые, один из которых – американский врач привез в Москву кучу катетеров для катетеризации сердца и артерий. Они оказались врачу не нужны, и он предложил моему нейрохирургу их забрать – тем, кому они реально требуются. Так я пошел искать в Кардиоцентре – кому катетеры нужны и познакомился с Анатолием Николаевичем Самко. А когда катетеры привезли в Кардиоцентр, ими потом работали несколько лет. Так я получил приглашение Самко приходить в ангиографию. Он и врач – Игорь Владимирович Левицкий стали моими учителями в рукоделии в ангиографической операционной.
Там же в ангиографии состоялось мое «судьбоносное» знакомство с Талантом Батыралиевым. Мне все время говорили – ты как Талант, я слушал и спрашивал – кто это? И мне рассказывали про очень активного энергичного и грамотного врача и аспиранта, который на 10 лет раньше меня проходил такое же обучение. И когда мы познакомились, а Талантбек Абдуллаевич Батыралиев прилетал тогда из Турции, готовя свою докторскую к защите в Кардиоцентре, нам быстро стало интересно вместе.
Надо сказать, что одним из потрясающих качеств Т.А.Батыралиева является его умение общаться с людьми, видеть их и понимать, и его реальная заинтересованность в помощи многим, с кем он только познакомился и проникся их проблемами. Он умеет располагать к себе, умеет понимать и слушать человека, с кем мог только недавно познакомиться. Эта ненаигранная заинтересованность в общении с собеседником позволяет ему взаимодействовать с огромным количеством людей, которые доверяют и обоснованно это делают. В этом, наверное, ключ его человеческого феномена и успеха.
Талантбек Батыралиев сначала пригласил меня в свой центр, и когда я там оказался, то понял, что ученик Кардиоцентра (каким он себя всегда считал), сделав Клинику СанКо, превзошел лучший кардиологический центр СССР (потом – России) во многих смыслах. От ангиографии за 3-5 минут (в России тогда максимально быстро можно было сделать исследование за 20-25 минут), до организации потока больных, когда к нему приезжали из других стран и уезжали тем же вечером уже полностью обследованные. Сам он стал членом международных обществ и ассоциаций, куда впоследствии втянул и меня, это позволило ему расширить свои горизонты знаний и профессиональных контактов. Потому ему (и нам вместе) доверили переводы американских рекомендаций по разным разделам кардиологии, и наши тексты на русском языке приносили знания врачам СНГ несколько десятилетий.
А потом, вдохновленный идеями Батыралиева, я сумел многие реализовать в собственной практике. Потому мои результаты работы в ангиографии до 2010 года в Воронеже остались непревзойденными до сих пор.
Продолжение следует…
01.03.2026 17:14:53