Канат Шабдалиев, актер: «Остаться в сердце зрителя – главная награда для актера»

Сцена – это судьба актёра, особое пространство, где переплетаются его внутренний мир и чувства зрителя. Актёр Канат Шабдалиев, создавший десятки образов в театре и прошедший долгий творческий путь, поделился своими мыслями о магии сцены, подготовке к ролям и о том, что является главной оценкой для актёра.

– Канат мырза, актёрская профессия – это ваш осознанный выбор или воля судьбы?

– Актёрство – профессия, о которой я мечтал с детства. Но были моменты, когда судьба направляла меня стать учителем кыргызского языка. Несмотря на это, я не подчинился обстоятельствам и выбрал путь актёра. Можно сказать, в итоге я пошёл по дороге, которую выбрало моё сердце.

– Какой из созданных вами образов вам наиболее близок?

 У меня есть 2–3 роли, которые особенно дороги. Первая — роль дервиша в драме «Ай тутулган түндө», которую я сыграл в 30 лет. Вторая – роль Хана Жакыпа в спектакле о Семетее, сыне Манаса. Третья – образ Орозгула.

В молодости я также играл роль мальчика-инвалида по имени Темир в спектакле «Окуя» драматурга Мара Байжиева. Эта роль тоже была для меня особенной.

– Театр или кино – какая площадка раскрывает вас больше?

– Меня больше привлекает театр. Я не могу назвать себя киноактёром, так как снимался в кино нечасто. Возможно, со временем кино тоже заинтересует меня. Но сейчас мне ближе театр, работа над ролями на сцене. Я получаю настоящее удовольствие от театральных образов.

— Как вы готовитесь к роли? Бывают ли моменты, когда сложно выйти из образа?

— Для создания образа требуется серьёзная подготовка. Без упорного труда и глубокого поиска роль не получится полноценной. Иногда приходится переживать, плакать, чтобы понять внутренний мир персонажа.

Как говорил Константин Станиславский, нужно «дойти до сути каждой фразы». Важно понять, почему герой говорит именно это, и постараться «вжиться в его кожу».

Иногда после роли трудно выйти из образа. Например, после роли Темира я некоторое время ощущал себя словно раненый человек. А после роли Орозгула мой характер временно менялся – я становился более раздражительным.

– Есть ли на сцене настоящие эмоции или это игра?

– Если актёр любит сцену и уважает зрителя, он играет с настоящими эмоциями. Конечно, иногда кто-то может просто изображать игру. Но человек, выходящий на сцену, обязан оправдать доверие зрителей.

– Вы сами выбираете роли или соглашаетесь с решением режиссёра?

– В театре роли чаще всего распределяет режиссёр. Я стараюсь максимально хорошо исполнить предложенную роль. Конечно, при чтении пьесы иногда появляется желание сыграть определённого персонажа, но окончательное решение остаётся за режиссёром. Я принимаю любой предложенный образ как возможность попробовать себя.

– Что важнее: любовь зрителей или официальные звания?

– На мой взгляд, самое главное – любовь зрителей. Остаться в их сердцах – это большое счастье для актёра. Официальные звания можно получить разными путями. Поэтому гораздо важнее завоевать признание публики.

– Считаете ли вы себя полностью раскрытым и состоявшимся актёром?

– Думаю, я ещё не полностью раскрылся. Впереди ещё много ролей. При возможности и здоровье я хотел бы создать ещё больше образов. У меня много творческих планов. Тем не менее, я считаю себя счастливым актёром, потому что живу своей профессией.

– Какие роли стали для вас знаковыми?

– Моя «звезда» зажглась примерно в 27–28 лет с ролью дервиша. Затем я стал известен благодаря роли Хана Жакыпа. На театральных фестивалях высоко оценили образ Орозгула.

В целом я работаю в театре уже 27 лет. За это время было поставлено около 50 спектаклей, в 30 из них я участвовал, и примерно в 25 исполнял главные роли.

– Кто ваш главный критик?

– Мой главный критик – это зритель. Их оценка для меня очень важна. И остаться в сердце зрителя – это главная награда для актёра.

09.04.2026 09:55:57