Кубан Чороев: Что скрывает эпос «Манас»? 

Кочевая цивилизация Евразии на протяжении тысячелетий оставалась недооцененной в мировой истории – ее воспринимали либо как периферию, либо как пространство между «настоящими» империями. Однако новая монография «Династия, металл, конь», которая написана послом Омурбеком Текебаевым в соавторстве с председателем фонда «Древняя кочевая цивилизация» Кубаном Чороевым и выйдет в свет в ближайшее время, предлагает пересмотреть этот взгляд. В интервью Кубан Чороев объясняет, как кочевники формировали устойчивые модели власти, почему эпос «Манас» можно рассматривать как «инфраструктуру памяти» и какие уроки степная цивилизация может дать современному миру.

– Кубан Аманбекович, как родилась идея создания монографии «Династия, металл, конь»?

– Идея родилась из желания преодолеть разрыв между мифами и реальностью. Долгое время историю кочевников представляли либо как хаотичные набеги, либо как «транзитный коридор» между великими империями. Мы с Омурбеком Чиркешовичем задались вопросом: что за невидимая сила позволяла сохранять преемственность власти и культуры в степи на протяжении тысячелетий? Мы поняли, что ответ лежит в синтезе 3-х факторов – генетической линии (династия), технологического преимущества (металл) и контроля над мобильностью (конь). Это не просто элементы быта, а институциональная матрица евразийской цивилизации.

– Сколько времени заняла работа и что стало самым сложным этапом?

– Работа длилась несколько лет. Самый сложный этап – верификация связей между археологическими культурами и генетическими маркерами. Представьте, что мы имеем сотни древних образцов, десятки археологических памятников, и нужно доказать, что линия R‑YP1456 – это не просто биологический след, а «династический скелет» истории, который проходит через века – от эпохи бронзы до восточно-скифского мира. Были моменты, когда данные, казалось, противоречили друг другу, и приходилось заново перепроверять гипотезы.

– В чем главная научная новизна вашей работы?

– Главная новизна – в модели DAEX (Dynasty‑Alliance‑Exogamy‑Exchange). Мы впервые рассматриваем евразийскую степь не как набор сменяющих друг друга культур, а как институциональный континуум. Даже когда конкретные государства исчезали, сохранялось «пульсирующее ядро» цивилизации – устойчивая система воспроизводства элит, брачных стратегий и сетей обмена, которая позволяла раз за разом восстанавливать государственные образования. Это объясняет, почему после распада одной империи в степи тут же возникала другая.

– Как это исследование меняет представление о роли кочевых народов в мировой истории?

– Мы переводим кочевников из статуса «периферии» в статус «структурного посредника» и самостоятельного центра альтернативной социальной сложности. Степь была пространством, где формировались особые формы организации власти, способные объединять огромные континентальные пространства задолго до появления современных средств связи. Кочевые империи были инноваторами в сфере управления, военной логистики и трансконтинентального взаимодействия. Например, система ямской связи Монгольской империи – это прообраз современной почты и транспортных сетей.

– Как интересно. А как работа над книгой повлияла на ваше собственное понимание истории? Были ли моменты, когда взгляды кардинально менялись?

– Да, и самый сильный момент связан с эпосом «Манас». Раньше я видел в нем прежде всего героический фольклор. Но когда мы наложили его данные на археологию и генетику, я осознал, что это – сложнейшая «инфраструктура памяти», механизм передачи коллективного знания о прародине (Енисее), маршрутах кочевий и институтах власти. Мои взгляды изменились от восприятия истории как последовательности разрозненных событий к пониманию ее как непрерывного и логичного процесса пульсации одного и того же цивилизационного кода.

– Есть ли уроки из кочевой цивилизации, которые актуальны для современных государств?

– Главный урок – модель сетевого управления. Кочевые союзы строились не на жесткой бюрократии, а на гибких альянсах и доверии. В условиях современного глобального и нестабильного мира способность быстро координироваться и адаптироваться, сохраняя при этом фундаментальные ценности и идентичность («династический стержень»), становится ключом к выживанию любого государства.

Здесь еще важно подчеркнуть, что наше исследование не было только кабинетным. Мой соавтор, Омурбек Чиркешович Текебаев, – не просто исследователь, но и политик-практик с многолетним опытом работы в парламенте, в том числе на посту спикера Жогорку Кенеша, а ныне – действующий посол Кыргызской Республики в Федеративной Республике Германия. В отличие от многих исследователей, он знает, как устроены реальные механизмы принятия решений, как формируется легитимность власти и что такое «равновесие интересов» на практике. Именно его опыт позволил нам увидеть в концепции «Тендик» не просто древний идеологический штамп, а универсальный критерий легитимности власти: правитель имеет право на власть только до тех пор, пока он сохраняет баланс интересов общества. Если этот баланс нарушается, власть утрачивает сакральную основу – это правило работало в степи тысячелетия назад и остается актуальным сегодня.

– Почему вы решили выйти сразу на международные площадки распространения?

– История кыргызов и кочевников Евразии – это часть мировой истории. Мы хотим, чтобы наши выводы обсуждались не только на локальном уровне, но и ведущими мировыми экспертами. Поэтому мы работаем с международными рецензентами в области генетики и антропологии, а рукопись готовится к изданию в Европе на английском языке. Глобальные платформы позволяют нам мгновенно донести результаты до академического сообщества и широкого круга читателей по всему миру.

– Как вы думаете, какое место эта книга займет в интеллектуальной жизни Кыргызстана?

– Для меня важно, чтобы книга стала не просто научным изданием, а поводом для диалога. Мы живем в эпоху, когда национальная идентичность часто сводится к политическим лозунгам. Наше исследование предлагает другой язык – язык данных, фактов, институциональной преемственности. Я надеюсь, что книга подтолкнет к дискуссии о том, что значит быть кыргызом сегодня, опираясь на глубинную историю, а не на идеологические конструкты. И, конечно, очень жду реакции наших манасчи, историков и просто людей, которым небезразлично прошлое.

26.03.2026 06:33:37