Гульжан Исраилова, менеджер ансамбля «Назик»: За двадцать пять лет мы подготовили около десяти тысяч танцовщиц

В кыргызском шоу-бизнесе имя танцевального ансамбля «Назик» заняло свое место и уже двадцать пять лет успешно работает. Поклонники ансамбля знают его по авторским постановкам, таким как «Бугу эне», «Эмгек», «Кыргыз бийи» и другим. Предлагаем вашему вниманию интервью с Гульжан Исраиловой, которая многие годы была танцовщицей и менеджером этого ансамбля.

– Каким был 2025 год для танцевального ансамбля «Назик» и чем он отличался?

– Для нас прошедший год стал очень значимым. Ансамблю «Назик» исполнилось двадцать пять лет с момента основания. Основатель и руководитель ансамбля Назик Исраилова создала его в 2000 году. И вот, незаметно пролетели двадцать пять лет. Еще одной радостью для нас стало официальное открытие филиала ансамбля «Назик» в Чикаго, США. Мы понимаем, что за границей открыть отдельный танцевальный коллектив, соблюдая все законы, непросто. Поэтому это открытие стало для нас большим достижением. Руководит ансамблем там наша наставница Назик Исраилова.

– Обычно вы отмечали юбилеи, почему не праздновали 25-летие?

– Вы правы. Ранее мы отмечали пятилетие, десятилетие и двадцатилетие ансамбля с большими концертами. Другие руководители танцевальных коллективов, наверное, согласятся со мной: в шоу-бизнесе «Назик» была одной из первых, кто организовал концерт для танцовщиц. Тогда многие удивлялись: «Как танцовщицы смогут провести концерт, придет ли народ?» – а мы собирали тысячи зрителей и более тысячи танцовщиц для шоу-концерта. На этот раз мы обсудили с руководителем и решили не праздновать 25-летие, а готовиться к 30-летию. Мы намерены работать творчески, готовя ансамбль к 30-летию совместно с танцовщицами в Америке.

– За эти годы были ли девушки, которые прошли обучение в вашем ансамбле, а затем ушли в самостоятельное танцевальное творчество?

– Я очень восхищаюсь опытом и прозорливостью Назик. Оказывается, тогда мы уже создали бизнес на основе танцев, и только позже я это осознала. Сначала мы начали обучать танцу девочек с четырех лет. За двадцать пять лет мы подготовили около десяти тысяч танцовщиц. Мы открыли школу и работали в ней. Некоторые девушки после замужества в регионах продолжали наш опыт, открывая там собственные танцевальные коллективы. Назик для меня не просто родная тетя, она стала моим наставником в творчестве, моим советчиком и соратником. Я многому у нее научилась. Даже сейчас, когда она находится в Америке, мы остаемся на связи через онлайн-звонки, обсуждаем планы и новые танцы, как раньше.

– В ансамбле много танцовщиц, но не все сразу выходят на сцену, верно?

– Да. Сначала необходимо полностью понять суть танца и приложить много усилий. Некоторые девушки думают: «Я сегодня научилась танцевать, завтра выйду на сцену». Раньше были и такие, кто спрашивал: «Зачем мозги для танца?» (смеется). Наоборот, память должна быть на высоком уровне: за три минуты необходимо запомнить движения, а исполняя четыре-пять танцев подряд, нужно помнить сотни движений. Сначала движения осваиваются памятью, потом – телом. Я установила это правило и вижу хорошие результаты. Сейчас в основном составе двадцать девушек. Главный состав должен быть сильным, а новые девушки готовятся в резерве. Основная наша проблема – это когда подготовленные девушки достигают момента выхода на сцену, но уходят замуж, и это немного щемит внутри. Но их счастью мы не можем препятствовать.

– А требования к танцовщицам, такие как рост и вес, остаются важными?

– В целом учитываются параметры. Например, рост выше 1,65 м, стройные девушки – это, конечно, хорошо. Но иногда стройные высокие девушки не обладают талантом к танцу. Иногда неожиданные, гибкие и талантливые девушки оказываются успешными. Поэтому мы комбинируем талантливых и красивых девушек в одном составе. Работать с девушками непросто: разные семьи, разные характеры. Для нас все равны – все танцовщицы. Требования одинаковые. Иногда мамы благодарят: «Хорошо, что я привела дочь танцевать в этот период, она изменилась и использует время с пользой». Танец – это искусство, требующее много усилий и живого движения.

– Как распределяются гонорары танцовщиц?

– В основном гонорары выплачиваются в процентах от работы. Но наши гонорары на свадьбах намного меньше, чем у певцов. На одно мероприятие мы выходим с шести-десятью девушками, каждой нужно заплатить. Организация концерта или свадьбы с десятью девушками вовремя – сложно. Когда мы только открывали ансамбль, приходили многие, кто горел желанием танцевать. Сейчас же девушки спрашивают: «Сколько заработаю?» Мы отслеживаем настроение и ожидания девушек. Ранее мы удерживали фиксированную сумму, но сейчас все подорожало. Мы переходим к достойной оплате за качественный танец.

– А лично вы когда-то работали за границей и были вдали от танцев. Вам это нравилось?

– Да, два года я была вдали от танцев и работала в сфере туризма в Турции. Размещала туристов в отелях и успешно выполняла свои обязанности. За месяц я выучила турецкий язык, быстро нашла общий язык с коллективом. Мне повышали зарплату в зависимости от ответственности. Но сердце всё равно тянуло к танцам. Хорошая работа приносит доход, но душа требует танца. Я вернулась к танцам.

– А о замужестве вы не думали?

– Я оставила танцы не из-за работы, а потому что думала: «Я так занята танцами, что не выйду замуж?» (смеется). Оказалось, можно найти счастье и, занимаясь танцами. Я искала будущего мужа не в творческой среде, а в своём окружении. Сейчас мне за сорок. В школьные годы и во время учёбы девушки становятся объектами внимания, тогда мне предлагали выйти замуж, а я отвечала: «Закончила учебу – выйду замуж в любое время». Наверное, я упустила «свой базар» (смеется). Но у меня хорошие ожидания, я доверяю судьбе.

— Будьте счастливы! Спасибо за интервью.

14.01.2026 18:38:56