Иран, Израиль и мировые державы: как формируется новый кризис на Ближнем Востоке
Ситуация вокруг Ирана с каждым днем становится напряженнее. Удары по иранским объектам в Сирии, эскалация в Ливане, инциденты с судами в Ормузском проливе и постоянные споры вокруг ядерной программы показывают, что Ближний Восток снова приближается к крупному кризису.
Я бы предложил рассматривать происходящее не через моральную схему «жертва или агрессор», а через логику международной политики.
В международных отношениях государства действуют прежде всего исходя из собственных интересов. Эту модель описывали классики политического реализма, такие как Моргентау и Миршаймер. В мире, где отсутствует единая наднациональная власть, каждое государство стремится усилить свои позиции, поскольку безопасность никто гарантировать не может.
Если применить такой подход к Ближнему Востоку, становится очевидно, что Иран нельзя рассматривать только как объект внешнего давления. Речь идет о государстве, которое десятилетиями формирует собственную систему влияния.
В этой конфигурации важную роль играют и другие крупные державы. Россия стремится сохранить свое военное и политическое присутствие на Ближнем Востоке и остается союзником Ирана. Китай заинтересован в стабильных поставках иранской нефти и развитии инфраструктурных проектов в рамках инициативы «Один пояс – один путь», рассматривая сотрудничество с Тегераном как стратегическое. При этом крупные европейские государства, такие как Германия, Франция и Великобритания, вынуждены учитывать жесткую линию Дональда Трампа.
Если мы говорим о стратегия Ирана, ее хорошо видно на конкретных фактах. После свержения Саддама Хусейна в 2003 году Иран значительно усилил позиции в Ираке, поддерживая шиитские политические партии и вооруженные формирования.
В Сирии Тегеран с первых лет войны стал ключевым союзником Башара Асада. Без иранской финансовой поддержки и военных советников сирийское руководство могло оказаться в гораздо более сложном положении.
Кроме того, Иран на протяжении десятилетий поддерживает ливанскую «Хезболлу». Тегеран также сотрудничает с ХАМАС в секторе Газа и оказывает поддержку хуситскому движению в Йемене.
В аналитических исследованиях эту сеть союзников называют «осью сопротивления». Речь идет о системе союзных сил, через которую Иран расширяет свое влияние и сдерживает противников за пределами собственной территории.
Но Ближний Восток остается регионом, где сталкиваются интересы сразу нескольких крупных держав: Ирана, Израиля, Турции и Саудовской Аравии. Плюс Соединенные Штаты, которые сохраняют в регионе значительное военное присутствие. По меньшей мере в 19 точках Ближнего Востока размещены десятки баз, как постоянных, так и временных, а также около 40 тысяч военнослужащих. Из них восемь являются постоянными базами, расположенными в Бахрейне, Египте, Ираке, Иордании, Кувейте, Катаре, Саудовской Аравии и Объединенных Арабских Эмиратах.
В такой системе действует логика баланса сил. Когда одна страна усиливается, другие государства начинают воспринимать это как угрозу и пытаются ограничить ее возможности.
Израиль рассматривает иранскую ядерную программу как критическую угрозу. По данным МАГАТЭ, Иран накопил более 120 килограммов урана, обогащенного до уровня 60%, что приближает страну к порогу создания ядерного оружия.