В Кыргызстане до 50 тысяч сторонников «Таблиги Джамаат»: отразится ли раскол в организации на нашей стране

В экспертной среде Кыргызстана все чаще обсуждается формирование двух подходов внутри религиозного движения Таблиги Джамаат. Речь идет о так называемых линии Низамудина и линии Шуры, которые различаются не по религиозной практике, а по модели управления и источнику авторитета.

По словам кандидата исторических наук, эксперта по религиозным вопросам Канатбека Мурзахалилова, движение внешне сохраняет единство: продолжаются даават, собрания и привычные формы религиозной жизни. Однако внутри уже несколько лет идет дискуссия о том, кто должен принимать ключевые решения и какой центр считать главным.

Истоки разногласий уходят в 1990-е годы, после смерти одного из лидеров движения Мауляны Инъямуль Хасана. Тогда была создана коллегиальная система управления – Шура. Но особенно заметным разделение стало после 2014 года, когда умер Мауляна Зубайр уль-Хасан. С этого момента внутри движения окончательно оформились два подхода.

Линия Низамудина ориентируется на исторический центр движения в Дели и фигуру Мауляны Саада Кандхлави, которого считают преемником традиции. В то же время линия Шуры делает акцент на коллективном управлении через совет старших и опирается на международные центры, включая пакистанский Райвинд.

Как отмечает эксперт, различия между этими подходами не касаются религиозных практик – они остаются едиными. Разногласия сосредоточены вокруг вопросов лидерства и структуры принятия решений.

Для Кыргызстана эта тема имеет особое значение. В отличие от ряда стран региона, где движение запрещено, в стране Таблиги Джамаат на протяжении многих лет действовало относительно свободно и получило широкое распространение.

По оценкам экспертов, число активных последователей движения в Кыргызстане может составлять от 10 до 50 тысяч человек. Оно охватывает как города, так и сельские районы, включая Бишкек, Ош, Джалал-Абад, Нарын и другие регионы.

Эксперт подчеркивает, что, хотя в Кыргызстане пока не наблюдается открытого раскола, различия уже ощущаются внутри движения. Они проявляются в выборе религиозных авторитетов, приглашении проповедников и ориентации на разные международные центры.

«Это уже не внешняя история. Все, что происходит в глобальном движении, так или иначе отражается и на религиозной жизни в Кыргызстане», – отметил Мурзахалилов.

По его словам, дальнейшее развитие ситуации будет зависеть от того, усилится ли конкуренция между двумя моделями управления или движение сохранит внутренний баланс без открытых конфликтов.